Маслов Александр (brodaga_2) wrote,
Маслов Александр
brodaga_2

Category:

Возвращение Невского проспекта. Взлет и гибель русской России при Сталине.

75 лет назад, 13 января 1944 года в Ленинграде, готовившемся стряхнуть с себя ледяные оковы многомесячной блокады, советская власть приняла совершенно удивительное и ни разу не повторявшееся за семь десятилетий ее истории решение.

В одночасье в Городе на Неве исчезли улицы, проспекты и площади: 25 Октября, Советские и Ленина, Красных Командиров и Жертв Революции, 9 января и Пролетарской Победы, Урицкого, Володарского и Нахимсона, Карла Либкнехта и Розы Люксембург. На их место вернулись Невский проспект, Дворцовая площадь, Адмиралтейская набережная, Суворовский проспект, Исаакиевская и Казанская площади, Введенская улица, Большой, Средний и Малый проспекты Васильевского острова. 15 января о немыслимом сообщила "Ленинградская правда", только новость о переименовании проспекта Ленина в Пискаревский поместить в газете все же не решились

В городе, ценой неимоверных жертв блокады, отстоявшем себя от гитлеровских захватчиков, свершилась топонимическая контрреволюция, равной которой не было вплоть до возвращения ему исторического имени Санкт-Петербург. Ленинградцы воспринимали это как своеобразную награду за перенесенные страдания — наконец-то можно было открыто пройти по Невскому проспекту -- через Аничков мост, мимо памятника Екатерине II и выйти на Дворцовую площадь с Александровской колонной. Ответ на вопрос "За что воевали" был дан практически без затрат материальных средств -- зато предельно наглядно: воевали за то, чтобы жить в России.

"«Конструктор технического отдела т. Рогов при подаче заявления о добровольном поступлении в армию заявил, что он идет воевать за Россию, но за четыре буквы [СССР] воевать не будет", -- сообщали НКВД-шные сексоты с завода имени Энгельса в июле 1941-го. И вот с самого верха инженеру Рогову передали своего рода привет -- ваше мнение услышано.

Идея возвращения имен появилась осенью 1943 года на волне восстановления в СССР русской державной и патриотической стилистики — в новом гимне пелось о Великой Руси, сплотившей республики; на плечах офицеров засверкали погоны; в сентябре 1943 года Сталин встретился с церковными иерархами и дал добро на восстановление патриаршества. Тогда-то и появился умопомрачительно смелый проект главного архитектора Ленинграда Николая Варфоломеевича Баранова — вернуть старые названия центральным улицам.

«История 240-летнего развития Ленинграда и его прекрасный архитектурный облик ярко отражают многочисленные волнующие страницы истории России. Это нашло свое яркое отражение и в наименовании улиц, проспектов, площадей и набережных, так как эти наименования весьма характерны для Ленинграда и присущи только нашему городу. Население не только Ленинграда, но и всей страны усвоило эти наименования, связало с ними определенное представление об отдельных частях города. Между тем многие новые наименования улиц, проспектов, площадей и набережных оказались неудачными, неубедительно связанными с красочной историей города, трудными в произношении и тем самым не нашедшими себе признание населения города. Непопулярность новых наименований затрудняет ориентацию пешеходов и внутригородского транспорта», — писал Баранов в своем докладе.

Он был поддержан главой ленинградских коммунистов и партийным идеологом Андреем Ждановым (который, по всей видимости, и стоял за этим проектом). «Советская улица, улица К. Маркса есть в каждом городе; в любом районном центре вы найдете не одну, а две-три, обязательно будет Советский, затем Ленина, проспект Сталина и прочие. Значит, в этом отношении специфика Ленинграда стерта», — обосновывал решение Жданов, точно предвидя будущую коллизию «Иронии судьбы».


Инициаторы возвращения имен. П. С. Попков, А. А. Жданов, А. А. Кузнецов, Я. Ф. Капустин на демонстрации.
***

городской партийной верхушке состоялось голосование. При согласии в целом некоторые партийные лидеры хотели оставить советские названия некоторых улиц. Второй секретарь горкома Кузнецов засомневался, стоит ли убирать улицы Ленина и Советскую. Жданов его переубедил: «Советский проспект — неудачное название, как будто бы остальные проспекты антисоветские или несоветские». А с Лениным решил вопрос так: «Очень плохая улица, для проспекта Ленина не годится, одна из худших улиц названа проспектом Ленина. Надо снять название проспекта Ленина, придумать другое название». Правда, возвращать проспекту Ленина имя Петровский тоже не решились, вместо Ленина — Петра Великого, этак и об имени города речь может зайти. В итоге проспект назвали Пискаревским.
Второй секретарь Капустин засомневался из-за Дворцовой площади и Дворцовой набережной, наверное, вспомнил «Мир хижинам — война дворцам». Тут его переубеждал уже Кузнецов: «Надо к прежнему названию вернуться. Ведь дворец остался, не выкинешь». Зато «церковные» названия ни у кого не вызвали возражений. В итоге общей жертвой желания что-нибудь выкинуть пали Конногвардейский бульвар и несколько улиц, переименованных недавно по инициативе самого же Кузнецова.

Лист голосования партийного руководства по возвращению имен улицам Ленинграда.
***

В таком виде проект был отправлен Сталину и после высочайшего одобрения окончательно утвержден «советской властью». Петербуржцам, по сути, вернули их город, впрочем, и сами горожане своим пассивным сопротивлением внесли свой вклад в возвращение. «Отмененные названия вообще никто никогда не признавал (кроме разве что трамвайных и автобусных кондукторш)», — свидетельствовал писатель Леонид Пантелеев.

Восстановление имен улиц было только одним, пожалуй, самым выразительным и нарочитым жестом того политического курса на возвращение в советское общество национального, русского начала, который был связан с деятельностью секретаря ЦК по идеологии (в 1934-48 годах) и вождя ленинградских коммунистов Андрея Жданова и его многочисленных выдвиженцев в партийной, советской и управленческой элите (этому феномену посвящено немало работ, в частности, биография в серии «ЖЗЛ» авторства А. Н. Волынца, книга Святослава Рыбаса «Московские против питерских» и интереснейшая работа В. Д. Кузнечевского «Ленинградское дело», вышедшая в 2017 году).

Уроженец Мариуполя, внук священника и сын дворянина-инспектора народных училищ Жданов сочетал искреннюю приверженность социалистической революции со столь же искренним патриотизмом и даже русским национализмом («Ведущая роль русского народа в борьбе за социализм не может не наполнять каждого русского чувством гордости», — писал он в одном из проектов 1944 года), неприятием антирусских и антинародных идеологий — будь то западнический космополитизм, декадентство или революционный нигилизм.

А. А. Жданов подписывает перемирие с Финляндией 19 сентября 1944 года
***

Именно «ждановские» времена (1934-1948) характеризуются резким возвращением советской власти к русскому патриотизму. В массовом сознании этот национальный поворот обычно считается «сталинским», однако по факту справедливей считать его «ждановским», именно он «лоббировал» русский поворот и соответствующим образом влиял на Отца Народов — после смерти идеолога в 1948 году началась обратная дерусификация сталинизма.

Пока же Жданов стоял у руля, шло возвращение нормального преподавания истории, введение концепции «русского национального государства» применительно к прошлому России, торжественные мероприятия в связи со столетием кончины Пушкина, чреда патриотических книг и фильмов, прославляющих русский народ. Одновременно был нанесен удар по русофобскому коммунистическому антипатриотизму, что так ярко проявилось в расправе над издевательской антирусской опереткой Демьяна Бедного «Богатыри».

Разумеется, у Жданова по локоть руки были в крови расправ 1937 года. Однако показательно, какое именно направление репрессий он выбрал для себя: это была «чистка» в Татарской и Башкирской АССР, где он жестоко расправился с националистически настроенными кадрами.

Ждановская кадровая революция вообще была одним из самых заметных явлений в истории ВКП (б). В среду, где с ленинских времен доминировали представители окраин бывшей империи, Жданов тащил за собой выходцев из центральных русских губерний. В историографии их часто называют «ленинградцами», однако уроженцев самого города среди них почти не было, исключение составлял Алексей Косыгин, будущий глава советского правительства «ностальгической» эпохи 1965–1980 годов. Большинство же было уроженцами Владимирской, Тульской, Калужской, Нижегородской, Новгородской губерний, на том или ином этапе подмеченными и выдвинутыми Ждановым.

Большой террор, наряду с людьми старой России (никогда нельзя забывать, что именно они были основными жертвами) затронувший до некоторой степени и «старых большевиков» с партийной верхушки, позволил ждановским «национал-коммунистам» выдвинуться, а по итогам Великой Отечественной они заняли ключевые посты в партии и государстве.

Экономист Николай Вознесенский был фактическим главой правительства, формально возглавлявшегося Сталиным. Заместитель Жданова в период блокады Александр Кузнецов, по сути, возглавлял секретариат ЦК ВКП (б), подсидев на время влиятельного «паука» Маленкова. В 1947 году Сталин то ли всерьез, то ли в порядке провокации начал вслух рассуждать о том, что когда он отойдет от дел, его заменят Вознесенским в правительстве и Кузнецовым в партии. Парторганизации Москвы и Ленинграда возглавляли два ждановских выдвиженца — Попов и Попков, Ленгорисполком возглавлял Лазутин.

Н. А. Вознесенский
***

Во главе Совмина РСФСР, крупнейшей республики Союза, встал энергичный нижегородец Михаил Родионов. Именно он с большим энтузиазмом взялся за выполнение сокровенной идеи Жданова — изменить экономический и культурный баланс в СССР в пользу России и русских. Советский Союз был устроен как сообщество республик, живших за счет совершенно бесправной РСФСР. В 1923 году, сразу же после создания Союза, был создан Союзно-республиканский дотационный фонд, представлявший собой систему ограбления центральной России в пользу окраин. Фонд формировался за счет поступлений РСФСР, но ни один регион республики из него денег не получал — все шло на Закавказье, Среднюю Азию, в крайнем случае — Украину, а после войны еще и на Прибалтику.

При этом русские области и края не имели даже возможности кооперироваться и лоббировать свои интересы. В то время как у любой другой республики были в ЦК и Политбюро свои лоббисты, а Грузия так и вовсе жила как любимое дитя Сталина и Берии (мало кто помнит, но после депортации карачаевцев, балкарцев, чеченцев и ингушей Грузии передали ряд земель, входивших в состав РСФСР и возвращенных в 1950-е годы России), у русских областей не было никакого координирующего центра.

М. И. Родионов

Tags: Жданов, История, Россия, СССР
Subscribe

  • К дню космонавтики.

    Где первая в мире женщина-космонавт и космонавт номер десять Валентина Владимировна Терешкова? Не за её поступок в прошлом году Валентину…

  • Что такое пальмовое масло.

    Вот такая наглядная информация. Чтобы до читателя хорошо дошло то что я сейчас напишу. Крупнейшие производители пальмового масла это две…

  • Бревноколонка для Китая

    Попалась очередная заунывная агитка, мол, Китай №1 по экспорту в Европу древесины, а ведь в нём запрещено рубить лес!!!! Сами понимаете, распродали…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment