Маслов Александр (brodaga_2) wrote,
Маслов Александр
brodaga_2

Categories:

Коммунистические отравители России

Оригинал взят у von_hoffmann в Коммунистические отравители России


toxic



Для коммунистической власти жизнь и здоровье простых людей всегда были мусором, не имея никакой ценности.
Испытания новейших ОВ на живых людях были нормальной практикой не только в 30-40-х, но и в 80-х гг

Будни духовных братьев доктора Менгеле

Из протокола испытаний:
Опыт N 2. 10/II-35 г. Действие ядовитого дыма на команду танка при движении машины в ядовито дымной волне адамсита с закрытыми люками.

Подопытным лицом являлся водитель машины. Для определения результатов раздражения у незащищенного противогазом водителя рядом с водителем в танке находился врач.

Выводы. Ядовитый дым при движении танка с закрытыми люками в ядовито дымной волне проникает в щели танка с момента включения в волну. Степень раздражения у незащищенных противогазом водителей машин равна степени раздражения бойцов, находящихся вне танка на открытой площадке. Работа по управлению танком усиливает степень раздражения. Управление машиной в волне затруднено. Длительность раздражения, полученная в танке, превышает длительность, полученную вне танка
”.

Из переписки (1965 г.):
В ориентировочных опытах на людях с воздействием малых доз V-газа было установлено, что при нанесении на незащищенную кожу человек является примерно в такой же мере восприимчивым к действию, как и обезьяны макаки. К воздействию паров через органы дыхания человек оказался в 2 раза более чувствителен по сравнению с высокоорганизованными животными - собаками и обезьянами”.

Из воспоминаний (60-70е годы):
В Ленинграде существовал военный институт, где синтезировались психотропные соединения для временного вывода людей из строя. Там проводились испытания на добровольцах из числа заключенных. Нам показывали даже учебный фильм, где были продемонстрированы эти эксперименты: люди до вдыхания паров такого типа соединений, их поведение после вдыхания дозы и, наконец, поведение этих же людей после окончания действия дозы. Мы были потрясены тем, что в нашей стране военным химикам разрешили ставить такие эксперименты на людях”.

Из воспоминаний В.Ф.Петренко:
Летом 1982 г. меня, тогда еще лейтенанта, вызвали в отдел. "Лейтенант Петренко, готовы ли вы к выполнению секретного задания Родины?" Тогда я вполне верил всему сказанному и был горд. Секретный эксперимент начался с заполнения страхового полиса на имя жены и матери. Через несколько дней вызвал заместитель начальника института: надо испытать на себе действие ОВ. Специальной защитной тканью мне обвязали голову - маска закрывала все, кроме носа и рта. Затем я должен был просунуть лицо в окно прозрачной камеры. Дышать я должен был по команде. Затем произвели пуск ОВ в камеру. Сразу же сперло дыхание, как будто ударили или разом выкачали воздух из легких. Я дышал этим почти минуту. Потом меня заставили стрелять, бегать, прыгать. На восьмой день закончилась "командировка в другой город". Был награжден денежной премией в 300 рублей. Расписываясь в бухгалтерии за деньги, обратил внимание, что со сходной формулировкой в бумаге было записано еще около сорока офицеров".

Информация о такого рода испытаниях и последствиях этих испытаний публикуется неохотно во всех странах. Однако вряд ли кто-либо сомневается, что испытания ОВ c участием людей и даже на людях были для Советской Армии и промышленности обычным делом, не говоря уж о практике НКВД.

В армейскую практику прямых испытаний ОВ на людях были включены тысячи людей, в том числе в случае испытаний таких стойких ОВ, как иприт и люизит. Она то прекращалась, то вновь восстанавливалась. В частности, в одном из документов 1937 г. говорилось о необходимости "поставить перед химическим управлением РККА вопрос о проведении опытов на людях".

С применением ОВ проводились многочисленные морские учения. Во время учений на Балтике, например, которые были проведены в августе 1934 г. с участием эскадренного миноносца "Карл Маркс", было произведено его заражение ипритом с самолета. Несколько краснофлотцев подверглись прямому воздействию ОВ - у них в защитной одежде были сделаны вырезы на различных частях тела.

В 1944 г. на ЦВХП в Шиханах была испытана боевая эффективность в качестве нового ОВ трифторнитрозометана, предназначавшегося для преодоления (“пробития”) противогазов противника, по ожиданиям создателей, немецкого. Для испытаний была использована 1 т ОВ, с большими трудами синтезированного в годы войны. Армия заключила, что трифторнитрозометан является мощным средством нападения, от которого противник не имеет защиты (токсичность, сохраняющаяся после противогаза, равноценна токсичности хлора без противогаза). Попутно выяснилось, что советский противогаз также не защищает от нового ОВ, что с несомненностью указывает на объект испытаний “достоинств” ОВ - живых красноармейцев. Сам трифторнитрозометан стоял на вооружении армии в 1955-1960 гг., однако дополнительный патрон к советскому противогазу, который был способен ненадолго защищать от него, был поставлен на вооружение лишь в 1958 г.

Чтобы перейти к еще одной сфере применения химического оружия, напомним о первой газовой - еще хлорной - атаке времен начала века.

Первый пуск:
Мы стоим на невысоком холме. Рядом церковь. Идиллическая картина. И трудно представить себе, что на этой высотке во второй половине дня 22 апреля 1915 года, когда ветер подул с востока на запад, из баллонов немцы выпустили хлор в сторону французских позиций. В результате первой газовой атаки погибли 5 тысяч и были выведены из строя еще 15 тысяч человек. Люди оказались беззащитными перед новым оружием”.

22 апреля 1915 г. со стороны немецких позиций между пунктами Биксшуте и Лангемарк над поверхностью земли появилась полоса белесовато-зеленоватого тумана. Находившиеся в траншеях солдаты и офицеры неожиданно стали задыхаться в этой волне - волне ядовитого газа хлора. Хлор обжигал органы дыхания, разъедал легкие. Пораженные газом падали, непораженные, беззащитные перед ядовитым газом и охваченные паникой, бежали

Хлорная газовая атака была повторена через 30 лет - промышленностью СССР против населения городов “хлорной химии”. Связано это было с консервацией производств химического оружия после второй мировой войны и необходимостью структурной перестройки остальных.


Отравители



Из воспоминаний И.Б.Котляра:
"В первые послевоенные годы завод (речь идет о заводе N 96 в Дзержинске - Л.Ф.) оказался в трудном положении из-за резкого уменьшения потребности в хлоре, основным потребителем которого было химическое оружие. Вместе с тем, по мере восстановления химической индустрии страны, возрастала потребность в каустической соде. Известно, что нельзя получить каустическую соду способом электролиза поваренной соли, не получая при этом хлора. Избыточный хлор начали сдувать через 50 м кирпичную трубу 3-го цеха, разбавляя его воздухом, подаваемым в трубу мощным вентилятором. Это было сущее варварство, которое тогда сошло с рук (слово экология тогда в русском языке не существовало). Вблизи трубы на территории завода лишь немного попахивало хлором. На Аварийном поселке и около станции Игумново немного першило в горле и резало глаза, а в 1,5 или 2 км от трубы в зависимости от направления ветра уже невозможно было дышать. Это варварство не могло долго продолжаться. Не выдержала... труба. На ней образовались продольные трещины, которые постепенно расширялись. В один прекрасный день (это было в первых числах июня 1947 года) труба рухнула за 30 минут до начала работы. Но от нас требовалось "держать порох сухим". Началось строительство новой трубы".

Жителям Дзержинска бежать было некуда.

После консервации производств ОВ, оформленной соответствующими документами ГОКО в 1945 г., интенсивный сброс хлора в атмосферу происходил тогда не только в Дзержинске, но и в других городах химического оружия - Чапаевске, Сталинграде, Березниках и т.д. Только в отличие от хлорной атаки, случившейся 30-ю годами раньше в Западной Европе, жителям российских городов достались не одномоментные дозы хлора - отравление сотен тысяч жителей, в том числе детей, было растянуто на годы. Лишь завод в Березниках стравливал в 1949 г. не менее 156 т хлора в сутки. Зафиксирован случай, когда хлор, стравливаемый ЧХЗ им.М.И.Калинина (Дзержинск), занесло порывом ветра в соседний цех и были пострадавшие от острого отравления (февраль 1947 г.).

Необходимость утилизации хлора (понятия “конверсия” тогда еще не было) потребовала изменения структуры хлоропотребления, что делалось на рубеже 40-50-х гг. В промышленности пришлось развить мощное направление - производство хлорорганических продуктов, в том числе хлорных пестицидов. В санитарно-гигиеническом деле хлорирования питьевой воды стало преобладать в качестве по существу единственного способа дезинфекции.

Другим примером “конверсии” может служить прямое использование ОВ в народно-хозяйственных целях. Так, 6 августа 1949 г. сам И.Сталин издал распоряжение СМ СССР о проверке эффективности действия стойких ОВ на картофельный рак. Проверка действительно состоялась в двух регионах - в районе г.Риги и в Ленинградской области ипритом и люизитом были обработаны участки полей, зараженных картофельным раком.

Источник: http://www.seu.ru/cci/lib/books/chemwar/3-5.htm

Tags: Гельминты, Геноцид, КПСС, Сумерки
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment